
Официально – это обставлено как большой прорыв в отношениях. Но лакмусовой бумажкой прорыва могут быть только договоренности по Северному морскому пути.
1. В России есть один весомый козырь – Северный морской путь, сокращающий путь из Азии в Европу.
Ну а рядом с ним есть огромные залежи энергоресурсов и редкоземельных металлов. У России нет финансов и технологий, чтобы обустроить этот самый морской путь и нет возможностей извлекать ресурсы из своих недр на тех территориях.
Логика Путина здесь сводится к тому, чтобы продать все это одновременно КНР и США, став неким посредником между ними. Но такое соглашение не нужно ни Пекину, ни Вашингтону. Следовательно, эти танцы танцуют уже пару лет без каких-либо видимых результатов.
2. Китай принял решение ждать, резонно полагая, что с США Россия при Путине вряд ли договорится.
А у самой России из-за войны в Украине не будет никаких возможностей самостоятельно войти в этот проект.
К 2035 году Китай планирует создать собственный мощный арктический флот, включая подлодки и атомные ледокола. Между прочим, к тому времени, похоже, Китай планирует избавиться от потребности сотрудничества с последней высокотехнологичной российской компанией – Росатомом.
Поэтому горизонт планирования для КНР в этом проекте – следующее десятилетие.
3. В последние два года, когда стало ясно, что Путин не собирается прекращать войну, а старое оборудование начало массово выходить из строя, похоже, КНР начал большой эксперимент по замене всего западного в одной большой стране.
За исключением авиационных двигателей и определенных биотехнологий, Китай пытается за российские средства менять российскую промышленную базу на китайские комплектующие. И, сходе, этот эксперимент удачен и будет распространяться на другие страны мира.
4. С этой точки зрения Путин играет в очень рискованную игру.
Для России снятие технологических санкций может быть стратегически важнее восстановления обычной торговли с Европой.
Технологическая зависимость от Китая постепенно превращается из торгового вопроса в вопрос внешнеполитической автономии Москвы на следующие 10-15 лет.
5. Исходя из этой логики, у Путина есть колоссальная дилемма: продолжить войну и терять технологический суверенитет или останавливать войну без достижения его личных целей, вредящих самой России.
И у Путина пока нет ответа на этот вопрос.
Именно поэтому его переговоры сводятся к тому, чтобы получить все: и остановить ежедневно расширяющиеся войну на его условиях и снять санкции. Это почти нереалистично, но Путин-2026 – это не конструктив. Это об амбициях.
6. Поэтому Китай пока не спешит с переговорами: ведь на кону стоит полная привязка России, которая с каждым днем все больше привязывается к экономике Китая.
И логика КНР здесь следующая: сделать так, чтобы в какой-то момент война остановилась более широким миром, в котором Европа учтет торговые требования КНР.
Я всегда говорил, что переговоры о мире для Китая – это не Донбассе. Это о том, как будет обустроена торговля в многоугольнике ЕС-США-КНР-РФ-Турция-Ближний Восток.
7. Ну, а что касается разговора на троих, то завтрашний разговор Трамп-Путин-Си – это ни о чем.
Хотя россияне уже начинают писать, что символическое значение значительно больше практического.
Источник: страница Вадима Денисенко в Facebook