Жизнь "на нуле" и потеря мужа. Супруга погибшего запорожского воина Оксана Храпач прошла все испытания войны. Оксана рассказала для "Справжнє", как держались под плотными обстрелами и в оккупации в родном селе Роботино полтора года с начала полномасштабной войны.

Оксана Храпач ждала своего без вести пропавшего мужа два года, надеясь, что он жив. Николай ушел защищать страну от российских захватчиков в октябре 2023 года.

"В первом же бою под Авдеевкой мой Николай погиб, но его тело не нашли сразу. Поэтому я до последнего надеялась, что он выжил. Может, находится где-то в российском плену и вернется. Только в 2025 году, после очередного обмена телами, мне сообщили, что есть совпадение на ДНК, что нашли останки", – рассказывает жена погибшего воина.

До этой трагедии, вместе с мужем и мамой, она больше года оставалась в родном Роботино, оккупированном российскими военными.

"Нас оставалось где-то семь человек на все село. Мы ждали освобождения нашими защитниками – ждали наступление ВСУ. И мы пересиживали фактически на руинах собственных домов. Позже мы стали свидетелями, как освобождали наше Роботино. Видели, как шел бой за село и были активными участниками, потому что ребята у нас во дворе отбивались через улицу. У нас сидели и московиты и стреляли из пулемета”, – рассказывает Оксана.

Женщина говорит, что с самого начала полномасштабной войны, более того, с начала вражеского наступления на их село решили оставаться дома. Несмотря на отсутствие воды, газа и электричества.

"Это было очень страшно. Сегодня я даже не понимаю, как мы там выжили, но помню, что мы единодушно с мужем решили, что мы остаемся. Даже в оккупации. На ту сторону не поедем, хотя мои родители, сестра и племянник были и остаются в Токмаке. Но мы решили, что мы из дома никуда не поедем. Даже если останется одна стенка, мы будем за той стеной, а из дома мы никуда не поедем. Мы верили, что нас освободят”, – делится Оксана Храпач.

Семья видела, как оккупанты заходили и обстреливали позиции украинских военных. Женщина говорит, что за полтора года научилась отличать звуки различных боеприпасов по траектории падения.

"Как только россияне вошли в наше село, я сразу принципиально перешла полностью на украинский язык. Когда они вступали с нами в контакт, то пытались нам рассказывать, что они нациков-бандеровцев пришли бить. Мы говорили, что мы не видели за всю жизнь ни одного бандеровца или нацика. Они нам начинали рассказывать, как хорошо было при Советском союзе. Один молодой человек приходил, все мозги выносил. Говорю ему: "Сушай, сколько тебе лет? 35? Что ты знаешь о Советском союзе? Мне 54. Кому ты рассказываешь? Кому было хорошо? Моей маме? Вот она сидит, совсем не было хорошо", – делится женщина.

Говорит, что когда оккупанты видели устойчивость позиции местных жителей, тогда включали более агрессивную риторику.

"Они пытались агитировать, а потом более агрессивно говорили. Однажды пришли и говорят нам: "Мы знаем в какую сторону вы дышите, но дыхание может остановиться." Бывало и такое, что в полночь выводили из дома, ставили под стенку и держали под дулами автоматов. А в этот момент обыскивали дом и забирали, что хотели. Ежедневно проверяли телефоны”, – вспоминает Оксана.

От дома семьи Храпач почти ничего не осталось. Много раз разрывались рядом вражеские боеприпасы. Однажды снаряд попал в дом.

"Я только услышала свист рядом, и успела выбежать в другую комнату. Да, была ранена – обломок застрял в ноге, но осталась жива. У нас крыши почти не было на доме, стены разбиты. Когда первые дожди прошли, все протекало. Потолок на нас падал ночью", – рассказывает женщина.

Семья жила практически полностью из того, что вырастили под обстрелами на собственном огороде. Воду брали из скважины.

"В начале оккупации еще была возможность ездить в Токмак за продуктами, но позже уже дорога была полностью разбита и опасно стало. А вот овощи все под обстрелами сажали на огороде. Так подожду, пока отстреляют и бегу по картошку. В огороде было много неразорванных снарядов – опасно. Но как-то выжили. От российской гуманитарки принципиально отказывались. Когда они (россияне, – авт.) спрашивали, почему мы не берем их помощь, я говорила: "Мы ваше не берем и вы нашего не трогайте", – говорит Оксана.

24 августа 2023 года Роботино было полностью освобождено от российской оккупации. В этом же месяце семью Храпач и еще четыре человека, бесстрашно остававшихся в центре боевых действий, военные ВСУ вывезли в Запорожье.

"Нас вывезли ребята военные как раз перед тем, как вывесили наш флаг в Роботино. Дали 20 минут на сборы. Мы схватили документы и все самое необходимое. Потом нас посадили в "Брэдли" и вывезли в областной центр. Несколько дней до эвакуации мы пересидели в погребе, пока нас атаковали со всех сторон. И танки заехали посреди села и дроны летели”, – делится воспоминаниями женщина.

С Оксаной мы познакомились во время акции в поддержку военнопленных и без вести пропавших воинов. И после похорон мужа, она каждый раз участвует в этих акциях, чтобы поддержать других женщин.

"Честно скажу, снова плакала. Я почему-то думала, что я уже не буду так плакать, как в прошлый раз. Но на этот раз тоже очень задело. Хочу вам сказать, я смотрю на Запорожье, и понимаю, что здесь очень много хороших людей. И очень много людей, которые понимают, в каком мы сейчас состоянии и сколько людей говорит о свободе, сколько мужчин и женщин отдали свои жизни за нашу свободу", – говорит Оксана.

Прах павшего воина Николая Храпача транспортировали из Житомира в Запорожье. Здесь с героем простились близкие люди, а похоронили его на военном кладбище в Киеве.

Оксана проживает в комнате общежития в Запорожье и работает по специальности – учительницей младших классов.

Читайте также: Обстрелы и антидроновый тоннель: чем живет запорожское Беленькое

Не пропустите

Не менее 20 ударов по инфраструктуре: враг совершил массированную атаку на Запорожье 02.06.2026, 07:17 Новые тарифы на воду будут действовать в Запорожье с 1 июня – решение 01.06.2026, 13:55