Для матерей, жен, невест, дочерей пропавших без вести и военнопленных психолог, консультантка в методе арт-терапии проекта "Мы думаем о вас. Мы знаем, что вы..." от общественной правозащитной организации "Эгида-Запорожье" Ольга Опилат проводит группы психологической поддержки.

Встречи проходят раз в месяц, и группы остаются открытыми – к ним можно присоединиться в любой момент. Это не психотерапия в классическом понимании, а простор взаимной поддержки и самоподдержки. И если поддержка друг друга обычно ясна, то как поддержать саму себя и зачем это нужно, для многих становится открытием, говорит специалист.

– После исчезновения близкого человека часто возникает будто "застывшее" состояние. Жизнь начинает проходить по инерции: ежедневные дела, работа, дом, постоянный просмотр новостей и поиск любой информации. Внешне человек функционирует, но внутренне весь его мир сужается до ожидания. Кажется, что все в порядке, но все важное проходит мимо, максимально сужаясь до нескольких тем. Они не могут ни проговорить свою боль, ни прожить ее. Неопределенная потеря – это постоянное пребывание между двумя состояниями: страхом, что близкого человека уже нет, и надеждой, что он жив. Такое длительное напряженное ожидание очень истощает. И вот на таких группах члены семей пропавших без вести понимают: позволять себе жизнь вне ожидания – это не измена и не забвение. Забота о себе, восстановлении сил, новые маленькие интересы помогают выдерживать эту неопределенность и не терять способность жить, – объясняет Ольга Опилат.

Ольга , есть ли момент, когда просто необходимо присоединиться к таким группам поддержки, чтобы не было поздно?

– В ситуации неопределенной утраты нет подтверждения жизни, но нет подтверждения смерти, поэтому психика не может завершить процесс горевания. Это состояние создает высокий риск развития осложненного горя. Именно поэтому у этих переживаний нет временных границ – здесь не бывает ни рано, ни поздно. Потребности людей изменяются в зависимости от того, на каком этапе переживания они находятся: когда новость получена, больше нужна индивидуальная поддержка и стабилизация – помощь справиться с шоком и неопределенностью. Когда приходит осознание продолжительности этой ситуации, важной становится возможность быть среди тех, кто имеет подобный опыт. Групповая работа в этом случае – не о проработке травмы, а о ресурсе, поддержке и ощущении "я не один/одна". Поэтому когда женщины присоединяются к группе впервые, я прошу сразу не делиться своими историями, чтобы избежать ретравматизации. Мы раскрываем участниц постепенно – через опыт других, безопасное пространство, собственные возможности, осознание. Фактически мы помогаем не отпустить, а научиться жить в условиях неопределенности: не существовать по инерции, а постепенно возвращать контакт с реальной жизнью и собственными ресурсами.

По вашим наблюдениям, такие встречи полезны ? Состояние участниц, когда они приходят на встречу группы и когда уходят, меняется?

– У нас были отдельно группы мам и жен и невест. Кроме того, что каждая испытывает боль по-своему, заметила, что мамы и любимые тоже по-разному проходят путь. Естественно, еще многое зависит от поддержки семьи, друзей, от личности. Поэтому все приходят разные: кто-то в отчаянии, другие как смогли, адаптировались в социуме. Между тем после встречи они более расслаблены, более стабильны, улыбаются. И приятно слышать фразы типа: "Когда я шла сюда, ни на что не рассчитывала, но иду с таким хорошим настроением, мне стало легче". Для нас это важный результат, когда человек хотя бы на время испытывает облегчение и опору внутри. Мы не отвлекаем от реальности и не отнимаем надежду, а помогаем выдерживать неопределенность, уменьшить напряжение и восстанавливать собственные внутренние ресурсы.

Ольго, сейчас так много говорят о внутреннем ресурсе. Все ли понимают, что это такое и зачем нужно?

– Действительно, о "внутреннем ресурсе" сейчас говорят очень много, но не все одинаково понимают, что это значит. Часто люди думают: если я могу встать с утра, что-то сделать по дому или куда-то поехать – значит, у меня есть силы. На самом деле это скорее о функционировании, а не о ресурсе. Когда говорим о ресурсе, то говорим не только об отдыхе, но и о наполнении. Здесь хорошо помогают хобби, арт-терапия, творчество – они возвращают чувство "я могу", а вместе с ним и силы выдерживать неопределенность, ждать и не терять веру.

На протяжении встречи участницы что-то создают своими руками?

– Не только. Мы здороваемся, кратко обсуждаем правила и знакомимся. Затем я провожу психоэдукационную часть, потому что иногда нехватка правильной полезной информации усиливает тревогу. Конечно, послушать лекции в интернете они могут и сами… Так что мы работаем через диалог. Скажем, в прошлый раз я выбрала несколько вопросов, с которыми ко мне обращались, и мы в группе обсудили то, что уже делали или могли сделать наши участницы. В таком живом разговоре рождаются интересные и полезные инсайты. Также используем простые практики стабилизации: дыхательные упражнения, короткие медитации, телесные и арттерапевтические упражнения. Мы можем работать с образами, делать что-нибудь руками, рисовать мандалы, иногда используем элементы сказкотерапии. Много времени отводим общению. То есть, в группе все равны, все имеют право говорить или молчать, дать волю эмоциям или прожить их внутри. Также как и право приобщиться или нет к следующей встрече. Такой круг поддержки женщин, имеющих подобные переживания, действительно придает внутренние силы. Здесь они понимают, что их чувства, состояние, которые они испытывают индивидуально, – это нормально. Поэтому осознание приходит другое: разрешение радоваться, маленькими шагами двигаться дальше, жить.

А потом они выходят в социум и остаются снова наедине с собой?

– Зависит от того, кто рядом. Лучше всего поддерживают родные, друзья. В практике этих групп есть девушки, которых поддерживают соседи или клиенты. Если такой поддержки нет, участницы общаются друг с другом, встречаются, даже начинают дружить. Это тоже сильная поддержка… Здесь проблема в том, что неопределенная утрата часто остается малозаметной для окружающих. Когда нет подтверждения жизни, но нет и подтверждения смерти, людям сложно понять, что именно переживает семья. Поэтому женщины нередко чувствуют себя одинокими в своем опыте и не всегда решаются о нем говорить – ведь они сами каждый день живут в состоянии неопределенности.

Но ведь всех осознать не заставишь даже на законодательном уровне…

– Конечно. Здесь больше о человечности и внимательности друг к другу. Неопределенную потерю сложно понять тем, кто с ней не сталкивался: если нет подтверждения жизни, но нет подтверждения смерти, семья как будто остается между двумя реальностями. Нет возможности попрощаться, отдать дань уважения , и одновременно невозможно прекратить ждать. Поэтому важно не давить на этих людей и не требовать от них скорых решений или "принятия".

Какими фразами обычно давят ?

– Их немало. Но одна из самых вредных фраз – самая простая. Мы ее используем чуть ли не постоянно: "Держись". Нет, она имеет место быть в определенных ситуациях. Например, когда мы ночью сидим в коридоре, пока летают беспилотники, сказав или написав кому-то так, мы словно выражаем поддержку, прибавляем сил. Но при общении с людьми с неопределенной утратой эта фраза довольно вредна. Она так же неопределенна во времени и действиях, как и то, что переживают родные пропавших без вести. При общении с людьми, которые в постоянном ожидании хоть какого-то результата, лучше использовать я-сообщения и вопросы: "Я рядом", "Чем я могу помочь?", "Можешь на меня рассчитывать", "Я готова тебя выслушать" и т.д. Женщины ищут понимание и безопасное пространство, где можно говорить или молчать без осуждения. Именно это и дают группы поддержки: не готовые ответы и не снятие боли, а возможность выдержать его вместе с другими.

Каждая подобная встреча длится около четырех часов. Потому что у каждой участницы есть что сказать, спросить или услышать.

Группы поддержки не дают готовых ответов и не убирают полностью боль, но дают простор, в котором его можно проживать. Здесь не требуют быть "сильными", не подталкивают к выводам и не заставляют ставить точку там, где ее нет. Зато позволяют быть живыми: с усталостью, страхом, надеждой и правом жить дальше, даже когда ожидание продолжается.

Справка​

Группы психологической поддержки для семей пропавших без вести, военнопленных и гражданских заложников проходят в рамках проекта "Мы думаем о Вас. Мы знаем, что Вы...", который реализует общественная правозащитная организация "Эгида-Запорожье".

Проект направлен на комплексную поддержку гражданских лиц, незаконно лишенных личной свободы вследствие вооруженной агрессии РФ, а также их родных. Речь идет как о психологической помощи, так и о правовом сопровождении и информировании семей.

Проект реализуется при поддержке Программы Партнерства за сильную Украину, объединяющей международную помощь для усиления устойчивости украинских громад в условиях войны.

Подробную информацию о деятельности проекта, форматах поддержки и актуальных мероприятиях можно найти на официальных ресурсах ГПО "Эгида-Запорожье" в Facebook и Telegram.

Не пропустите

"Будет ли когда-нибудь свое?": кто сейчас живет в модульном городке в Запорожье 25.02.2026, 15:01 Силы обороны проводят наступательную операцию под Степногорском на Запорожье – детали 25.02.2026, 14:45